Верни меня в прошлое

- Жирная себорея, - сказала женщина-косметолог осмотрев голову Лены, повернулась к Марии Александровне, маме Лены, и добавила: - Лысеет, лысеет и лысеет... Значит так, на следующий раз постричься как можно короче. Желательно чтобы волос вообще не было. Закажите жидкий азот и приготовьте болтушку на следующий раз, - обратилась она к медсестре: - Болтушку будете втирать три раза в день.

В глазах у Лены стояли слезы: - Какой то бред. Подумаешь, ну лезут волосы. В 16 лет в переходный возраст - это нормально. Зачем мать притащила её в эту косметологическую клинику к этой идиотке, которая всё, что делает, так это берёт по десять долларов за посещение. Только ездить сюда каждый день - это триста долларов в месяц. Лена возненавидела сразу всех косметологов - наживаются на чужом горе. У косметологички были короткие, но густые волосы. Ей было лет 38. "Лесбиянка долбанная", - думала Лена. Но самое ужасное - она говорит матери, что нужно, чтобы волос вообще не было!!! Мыслимое ли дело! И как это она себе представляет? И мать ей верит. И сделает всё, что она скажет. Тем временем они попрощались и мама вывела Лену на улицу.

- Слышала, что врач сказала, - надо будет постричься.

- Мама, я прошу тебя, ну неужели нельзя без этого обойтись? Я вообще ничего не хочу! Пусть всё останется так, как есть.

- Но ты же останешься без волос? Причем по своей глупости и упрямству.

- Не останусь! А если и останусь, тебе то что?

- Нет, так не пойдёт.

- Мама?

- Лена!

Лена начала плакать. Мария Александровна достала ключи и сняла машину с сигнализации. Они молча сели внутрь новенького "Ленд Круизера". Лена отвернула голову от матери и смотрела в боковое стекло. Мать тем временем продолжала:

- Это же не навсегда, отрастёт через пару недель.

- Мама! - Лена была почти в истерике, - Мама, ты представляешь, что ты несёшь? Как я появлюсь в школе, на фитнесе, мама? И почему я сама не могу решать, что мне делать, а что нет?

- Разговор окончен, - совершенно спокойно и монотонно сказала Мария Александровна, - наберись смелости, и давай сделаем это.

Лена стукнула кулаком по торпедо и закусила кулак. Из её глаз текли слёзы.

- Решай сама: или поедем в салон к Тане или мне придётся купить машинку для стрижки и мы сделаем это дома.

- Я никуда не поеду.

- Значит дома.

- И не дома.

- Готовься на завтра.

- Ты не сделаешь это!

- Леночка, мне очень часто говорили эту фразу многие люди, - Мария Александровна улыбнулась, - и все они ошибались.

Ленд Круизер притормозил возле двухэтажного особняка, открылись ворота и машина въехала во двор. Мама с Леной жили одни. Мама владела крупной компанией, доставшейся ей по наследству от покойного мужа, папы Лены. Отец Лены и муж Марии Александровны был большим человеком и погиб, как утверждали средства массовой информации, в результате несчастного случая - аварии на дороге. Лене тогда было четырнадцать. Марии Александровне тоже пришлось многое пережить, чтобы отстоять свою независимость и не продать компанию. Ей угрожали, домой приезжали незнакомые люди. Но Мария Александровна выстояла. Помогли также друзья мужа. То ли в результате этих событий, то ли действительно из-за гормональных процессов в шестнадцатилетнем организме, волосы у Лены стали выпадать всё сильнее и сильней. Мария Александровна часто замечала, как они целыми клоками оставались в ванной после Лены. Тогда она разыскала косметолога Людмилу, к которой и повела дочь.

Лена выскочила из машины, вбежала в дом, поднялась к себе в комнату, плюхнулась лицом вниз на кровать и зарыдала. Спустя некоторое время она встала и подошла к зеркалу. Она провела рукой по своим тонким длинным волосам, достающим почти до груди. В руках осталось несколько волос. "Ну почему, почему это происходит со мной? Не с Анжелкой, не с Викой, а со мной?". Она прикрыла голову ладонями, пытаясь представить, как будет выглядеть без волос, но волосы всё равно было видно и ничего представить не получилось. "И что скажет Гарик?" С Гариком Лена была знакома уже пол-года. Сын владельца строительной компании, заядлый рок-н-ролльщик был лидером среди своих сверстников и о нём мечтала вся девичья половина школы. "В конце концов, ведь это не главное для взаимоотношений между людьми", - утешала себя Лена: - "Может до завтра всё-таки что-то изменится, но что?" Оставалось ждать только следующего дня и надеяться на чудо.

На следующий день мать вернулась поздно. Она поднялась в комнату Лены, та сидела за учебниками. Она подошла и обняла дочь. Лена отдёрнулась.

- Я купила всё что нужно: накидку, машинку для стрижки - самую лучшую. Это не займёт много времени. Заканчивай и пошли в ванную.

- Мам, мы уже говорили, делай со мной что хочешь, но я не могу.

- Тогда пойдешь в спецприёмник, и там будет то же самое, но домой не пущу.

- Мама!

- Я жду внизу, - Мария Александровна спустилась в ванную, Лена побежала за ней.

- Ну я прошу тебя, мама, давай просто пойдём к Тане и сделаем мне каре, или короткую стрижку, я на всё согласна, но только не под ноль.

Мария Александровна молча усадила её на стул, обернула по шею накидкой и вытащила из-под нее длинные волосы Лены. Лена заплакала. Мария Александровна взяла расчёску и ножницы, провела расчёской ото лба чуть-чуть назад, зажала прядь волос между указательным и средним пальцами и срезала Лене челку под корень. Лена почти рыдала. Мама сделала второе движение, чуть дальше ото лба и срезала вторую прядь под корень. Лена тихо всхлипывала и хватала воздух ртом. На лбу вместо челки оставался короткий ужасный ёжик. А мама продолжала захватывать пряди все дальше к макушке и срезать длинные волосы под корень. Волосы бесшумно падали на пол, стекая ручейком по накидке, иногда задерживаясь на плечах или коленях. Вот уже Мария Александровна принялась снимать волосы с боков - ножницы защелкали прямо над ухом. Мама обошла Лену спереди и слегка склонила голову набок, как бы оценивая свою работу. Оставшись довольной результатом своих трудов она продолжила стрижку с другой стороны - ножницы защелкали с прежней неумолимой монотонностью и вот уже с правого бока тоже ничего не осталось. Наконец несколько щелчков сзади и по тому, как она почувствовала затылком легкое дуновение воздуха, Лена поняла, что наконец и последний хвостик сзади был сострижен. Мария Александровна провела несколько раз ладонью по Лениной голове, но пальцы уже нигде не смогли захватить ни прядки. Лена стала похожа на пацана-первоклашку с торчащими ежиком волосками на макушке. Она сидела тихо, вся красная, по щекам её текли слёзы. Мария Александровна отложила ножницы, достала из коробки машинку для стрижки волос и вставила шнур в розетку. Сняла все насадки, наклонила голову Лены вперёд и включила машинку. Лена ощутила холодное прикосновение и легкую вибрацию своей шеей. Машинка стала медленно двигаться от затылка к макушке, потом от висков к макушке. Затем, перехватив руку Мария Александровна стала тщательно остригать Лене голову ото лба к макушке. Она так ловко орудовала машинкой, как будто делала это не в первый раз. Вскоре Лена была полностью обрита "под ноль". Почти закончив, мама на всякий случай прошлась ещё несколько раз машинкой ото лба к макушке, разрушив последние призрачные надежды Лены, что на её голове остался хотя бы волосок. Но и это было ещё не всё. Мария Александровна нанесла Лене на голову пену для бритья и обрила её станком так, что по окончании голова Лены блестела. Когда всё наконец уже было закончено, Мария Александровна нанесла ей на голову освежающий крем и с облегчением сказала "Ну вот и всё".

Лена выскочила из ванной, вбежала к себе в комнату и заперлась. Она нашла в шкафу старую бандану и обвязала себе голову. Следующее утро представлялось ужасным - нужно было появиться в школе. Лена шла по направлению к своему классу, стараясь потянуть время. Но рано или поздно это должно было случиться. Она зашла в класс. Не все сразу поняли, почему она в бандане. Подошла Анжелка.

- Соколовская, а ты чего в бандане? - Анжела присмотрелась: - Ты что? Лысая что ли? Анжелу начал разбирать смех: - Соколовская, ты лысая?! Кто тебя обрил?

- Отстань, - сказала Лена и уселась за свою парту.

- Вика, иди посмотри, не поверишь - Соколовская лысая!

- Да ты что?!

- Точно, как яйцо!

У Анжелы были густые пышные волосы. Подошла Вика.

- Соколовская, ты это чего? Вши заели?

Обе заржали. Тут Анжела сорвала бандану с Лены и весь класс увидел худенькую стройную Лену, у которой ещё вчера были шикарные светлые волосы, абсолютно лысой.

- Отдай, - сказала Лена

- Отбери! - сказала Анжела

- Да пошла ты...

Лена села за парту с непокрытой головой. Сосед Лёня сочувственно посмотрел на ее голову.

- Не обращай внимания - всё равно ты самая красивая.

- И ты пошёл! - сказала Лена, делая вид, что что-то ищет в рюкзаке.

- Я серьёзно, хочешь, я с тобой везде ходить буду? - продолжал Лёня.

- Нет, - огрызнулась Лена.

- Почему? - не унимался Лёня.

Лёня был сыном преподавательницы языка и литературы и был в этой элитной школе только благодаря маме.

- Потому, что ты слабак, Топыгин, и ты сдохнешь. Вильгельм Фридрих Ницше, - отрезала Лена и направилась в туалет.

Ещё неделю она выслушивала подколки, выносила поглаживания и похлопывания по голове. Потом всё прекратилось. В конце концов, никого уже не удивляло, что Лену Соколовскую остригли наголо. Только противная старая физичка решила Лену достать. Она и раньше питала к ней неприязнь, но тут выпал такой случай унизить Лену:

- Соколовская, а что с тобой случилось?

Лена молчала.

- Ты такая хорошенькая, все молодые люди за тобой бегали, а тут... Что же случилось?

Лена продолжала молчать.

- Это тебя в наказание так постригли? В наказание? Что же такое надо было сделать?

Лена ничего не отвечала физичке.

Она продолжала посещать клинику. Врач сказала: "Очень хорошо, что так постриглись". Ей обрабатывали голову азотом и болтушками. Стричься пришлось ещё не раз за то время, пока продолжались процедуры, но мама уже больше не брила ей голову, а просто состригала быстро отраставший коротенький колючий ежик машинкой. Это уже превратилось у них в своеобразный ритуал и обычно происходило по утрам. Лена вставала и, еще не до конца проснувшись, шла в ванну, где ее уже ждала мама. Накидкой она больше не накрывалась, а просто скидывала с себя халатик и садилась на табурет, подставляя голову под уже призывно жужжавшую машинку. Мама привычно и ловко стригла ее "под ноль" и с каждым разом она все яснее сознавала, что ей это нравится. Она понимала, что ей приятно ощущать прикосновение машинки к голове, легкое жужжание и вибрацию на нежной коже шеи, на висках, на макушке. Ее возбуждало легкое дуновение воздуха, которое она чувствовала обнаженной кожей... Как будто чувствуя состояние дочери, мама еще несколько раз проводила машинкой по давно уже гладко остриженой ее голове. Легкий щелчок выключаемой машинки и внезапно образовавшаяся тишина возвращала Лену к реальности. Она стряхивала с себя щекочущую состриженную щетинку своих волосиков и вставала под душ. И так повторялось каждый раз, пока курс лечения не закончился.

Все это время она переживала из-за своего бой-фрэнда Гарика, но тот просто перестал с ней общаться, когда узнал от своих друзей, что Лене пришлось постричья наголо. Он ничего ей не сказал, просто больше позвонил и не отвечал не ее звонки. После того, как курс лечения завершился, Лена каждое утро смотрела на себя в зеркало, пытаясь определить, подросли ли волосы хоть немного или нет, и ей казалось, что чем больше она смотрит, тем медленней они растут. В конце концов ей это просто надоело! Если этому козлу нужна только длинноволосая блондинка, пусть ищет себе дурочку вроде Анжелки или Вики. К тому же, Лена стала нравиться себе со слегка отросшим ежиком - у нее были правильные черты лица и огромные глаза, что еще больше подчеркивала короткая стрижка. И она вовсе не собиралась отращивать волосы снова только ради того, чтобы привлечь внимание очередного напыщенного мальчика-мажора.

 

В кабинете топ-менеджера транснациональной корпорации Елены Соколовской раздался телефонный звонок.

- Мисс Соколоффская - пострафляю фасс, - Женя как обычно, кривлялся: - Контракт с англичанами подписан! Ты - золото! Я думал ты не сможешь этого сделать.

- Женя, мне очень многие говорили эту фразу. И знаешь что? Все они ошибались, - Елена откинулась в кресле.

- По этому поводу сегодня ужинаем у меня.

- Только без спиртного и, как ты уже догадываешься, никакого интима, - нарочито серьёзно сказала Елена.

- Любое твоё желание для меня закон!

Она вышла из офиса, села в спортивный Мерседес и поехала в торговый центр. Женя готовить не умел и не любил и его приглашение на ужин означало отчасти и то, что ужин этот придется готовить ей самой. Проходя мимо раздела бытовой техники она невольно остановилась возле стенда с бритвами и машиками для стрижки волос. Волна давно забытых эмоций захлестнула ее. Улыбаясь каким-то своим мыслям, она выбрала одну очень хорошо знакомую ей модель и положила ее в корзину.

Ужин был великолепен. Женя был как никогда предупредителен и нежен, но переходить к более интимной части вечера ей еще не хотелось. Хотелось чего-то большего и необычного, того, что сделает этот вечер запомнившимся на всю жизнь.

- Ты говорил, что исполнишь любое моё желание? - лукаво спросила Лена, грациозно поднимаясь из-за стола.

- Я человек слова, - улыбнулся Женя.

Лена выдержала паузу, ничего не говоря подошла к своей сумочке, что-то достала из нее и поманив Женю пальцем пошла в ванную. Женя улыбаясь вошёл вслед за ней и встал напротив зеркала. Он обнял её сзади и начал целовать ее шею, глядя на их отражение.

- Постриги меня, - внезапно сказала Лена, обернувшись и протягивая ему принесенную с собой машинку для стрижки.

Женя застыл. Это было настолько неожиданно, что он опешил, не зная, что и подумать. Ничего более безумного он не ожидал услышать от нее в этот момент.

- Зачем? Ты с ума сошла?

- Я хочу вернуться в свое прошлое.

- Но... почему именно так? У тебя же прекрасные волосы.

- Я так хочу. Я хочу чтобы ТЫ сделал это, - настоятельно повторила Лена, сделав ударение на "ты". Она испытующе смотрела на него в зеркало.

Он не мог понять, шутит она или говорит серьезно. Женя пожал плечами.

- Ну... садись, - неуверенно проговорил он, в душе надеясь, что это розыгрыш, что она в последний момент остановит его и они вместе будут хохотать над ее шуткой.

Лена медленно сняла блузку и, как тогда в детстве по утрам, села на табурет в ванной. Женя посмотрел на машинку, на отражение Лены в зеркале, ободряюще улыбавшейся ему, и, ничего не понимая, спросил:

- И как же тебя постричь? Я же никогда не пробовал стричь, у меня может не получиться.

- Получится, - уверенно сказала она, - просто состриги все волосы машинкой "под ноль". Тебя же в детстве стригли "под ноль"? Ты должен помнишь, как это делается.

- Но у тебя же такие красивые волосы!

- Ну же, смелее, - подбодрила она его, - я жду.

Он включил машинку, подошел к сидящей девушке и осторожно поднес ее Лене ко лбу. Она сама подалась ему навстречу и как бы подтолкнула головой его руку с мерно жужжащей машинкой. Пышная прядь густых волос мягко упала ей на колени. Женя принялся состригать волосы Лены совсем "под ноль" и ее классическое строгое каре постепенно, прядь за прядью, оказалось на полу ванной комнаты. Лена улыбалась. Когда Женя закончил, он долго и с нескрываемым удивлением смотрел на ее отражение в зеркале.

- Ну? Что скажешь? - весело спросила Лена.

- Знаешь, - восхищенно ответил Женя, - ты стала ещё прекраснее, чем я вообще мог себе представить! Ты не перестаёшь меня удивлять! Даже тогда, когда я думал, что уже достаточно тебя знаю и что больше удивить меня ты уже ни чем не сможешь.

 

Он подхватил ее на руки и перенес в спальню. У них была ночь безумной любви, Женя беспрестанно целовал обритую голову Елены и они вновь и вновь замирали в объятиях друг друга.

А на следующий день коллеги по работе окончательно поняли, что нет на свете такого, чего не может сделать их босс - Елена Соколовская.

Валдис, 24/01/04.